Раздел 2 из 9
Варяги, Гардарики и Миклагард. Реки, дирхемы и служба у императора — направление, которое открылось раньше западного.
Почему об этом слышно меньше
Западные походы описаны монахами, которых грабили: у Линдисфарна, Парижа и Йорка есть летописи, написанные пострадавшей стороной по горячим следам. Восточное направление таких свидетелей почти не оставило.
Здесь вместо хроник — археология и вещи: клады дирхемов, дендродаты построек, рунические камни по погибшим и несколько взглядов со стороны, вроде записок Ибн Фадлана. Картина получается менее событийной, но куда более вещественной.
Полевая запись
07
Клады и нумизматика
археологическая находка
Клады и отдельные монеты связывают Скандинавию с восточными рынками не как легенда, а как материальная сеть: чеканка, вес, надписи и место находки позволяют проследить происхождение предмета. Дирхамы в северных кладах — один из самых зримых следов этой торговли.
13 записей, из них 1 спорных
Дендродаты построек в Старой Ладоге уходят в 750-е годы — почти на полвека раньше Линдисфарна. «Эпоха викингов» отсчитывается от первого набега на Запад просто потому, что там были хронисты, которые его записали.
В греческих текстах они Βάραγγοι, в славянских — варязи. Слово, вероятнее всего, идёт от древнескандинавского várar, «обеты»: люди, связанные общей клятвой, то есть дружина по договору, а не морские разбойники.
В сагах у здешних мест свои имена: Ладога — Альдейгьюборг, Новгород — Хольмгард, Киев — Кёнугард, Константинополь — Миклагард, «великий город». Названия бытовые, рабочие: так говорят о местах, куда ходят регулярно.
На западе — Линдисфарн, осада Парижа и Великая языческая армия. На востоке — фактории, письменные договоры и служба по найму. Дело не в характере людей: здесь не было богатых беззащитных монастырей, зато была река, ведущая к халифату.
Спор давно перерос лингвистику и стал политическим, поэтому сторону здесь занимать нечестно: аргументы есть у обеих.
Скандинавская версия выводит слово из древнескандинавского roðr, «гребля», через финское Ruotsi — так финны до сих пор называют Швецию. Возражения указывают на то, что этноним быстро закрепился за славянским государством и его населением, и предлагают славянские и иранские объяснения. Общепринятого решения нет.
Ибн Фадлан видел обряд на Волге в 922 году: вытащенный на берег корабль, десять дней поминок, убитую рабыню и старуху-распорядительницу, которую он называет «ангелом смерти». Ни один скандинавский текст не описывает погребение так подробно. Но автор не знал языка и судил чужое по своему — детали идут через двойной фильтр.
Договоры 907, 911 и 944 годов сохранились в «Повести временных лет»: где селить купцов, сколько их кормить, как судить за убийство и кражу. Послы в списках зовутся Карл, Фарлаф, Вермуд, Рулав — скандинавские имена в славянском тексте.
Варяжская гвардия появилась около 988 года, когда киевский князь Владимир прислал Василию II шесть тысяч воинов. Служба была настолько выгодной, что в Швеции стоят рунические камни, поставленные по тем, кто ушёл «в Грецию» и не вернулся.
Надпись на парапете верхней галереи — скучающий гвардеец на службе, за тысячи километров от дома. Уверенно читается только имя, остальное стёрлось. Рядом нашлась вторая такая же надпись.
Поход Ингвара Путешественника ушёл на восток около 1041 года и почти весь погиб. Ингваровы камни — самая большая группа рунических памятников об одном событии, и текст на них об одном и том же: он погиб на востоке.
Дирхемы почти исчезают из кладов после 1010-х годов: серебряные рудники Средней Азии истощились, чеканка упала. Восточная торговля не «закончилась» по чьему-то решению — у неё просто кончилось то, ради чего её вели.
Дирхемы приходили по волжскому пути от Булгара и из халифата. Серебро взвешивали, а не считали: важен был вес металла, а не номинал.
Его записки — редкий взгляд со стороны: внешность, торговля, обычаи и похороны знатного руса с сожжением корабля. Свидетельство ценное, но пристрастное — автор судил чужие обычаи по своим.